И не пугают больше монстры под подушкой
Ведь всё твоё детство они казались тебе игрушками
И на твоих ручонках шрамы давно уже не гниют
Ведь скоро придут мама с папой домой и запоют

О том, что наша дочь действует нам на нервы
О том, что в постели каждый знает, что снять с неё первым
И ты бросаешь кровавое лезвие под кровать
Но жаль, что точно так же, как твой папа бросил твою мать

И ей не жаль
О том, что наша дочь действует нам на нервы
О том, что в постели каждый знает, что снять с неё первым

И ты бросаешь кровавое лезвие под кровать
Но жаль, что точно так же, как твой папа бросил твою мать
И ей не жаль

И сквозь толпу гнилых взглядов переполняешься ядом
И сквозь толпу гнилых взглядов переполняешься ядом

Ни любви, ни поддержки, ей всё мало-мало-мало
Всё, что тебе остаётся — ныть ночью под одеялом
Когда твой город затих и давно под глубоким сном
Но когда город засыпает, просыпается дурдом

И я не стану жалеть тебя, отвори свои дверцы, чтобы впустить в них любого, но не меня
И я не стану жалеть тебя, отпусти своё тело, чтобы понять, что это не твоя вина

Но на твоих ручонках шрамы по новой уже гниют
Ведь скоро придут мама с папой домой и запоют

О том, что наша дочь действует нам на нервы
О том, что в постели каждый знает, что снять с неё первым
И ты бросаешь кровавое лезвие под кровать
Но жаль, что точно так же, как твой папа бросил твою мать

И ей не жаль
О том, что наша дочь действует нам на нервы
О том, что в постели каждый знает, что снять с неё первым

И ты бросаешь кровавое лезвие под кровать
Но жаль, что точно так же, как твой папа бросил твою мать
И ей не жаль

И сквозь толпу гнилых взглядов переполняешься ядом
И сквозь толпу гнилых взглядов переполняешься ядом

О том, что наша дочь действует нам на нервы
О том, что в постели каждый знает, что снять с неё первым
И ты бросаешь кровавое лезвие под кровать
Но жаль, что точно так же, как твой папа бросил твою мать

И ей не жаль